Преподобный Андрей оставил Божией Церкви много и других полезных для спасения сочинений: слов, а также канонов и на более торжественные праздники, употребляемых и неупотребляемых[1]. Наряду со многими другими, он сочинил и этот Великий канон, безмерно умилительный, ибо он сложил эти приятные песни [сладкопение], отыскав и собрав различные повести из Ветхого и Нового Завета — т. е. от Адама даже до самого Вознесения Христа и проповеди апостолов. Этим он учит всякую душу стараться по силе подражать всему доброму, описанному в повести, но избегать всего злого, и всегда прибегать к Богу через покаяние, слезы, исповедь и другие действительно угодные Ему дела. 

Подлинно, этот канон настолько пространен и умилителен, что способен смягчить и самую ожесточенную душу и побудить к благому трезвению, внимательной и доброй жизни, если только он поется с сокрушенным сердцем и надлежащим вниманием. 

Сочинил его преподобный Андрей тогда же, когда и святой Софроний, патриарх Иерусалимский, записал житие Марии Египетской. Это житие тоже приводит в сильное умиление и дает великое утешение прегрешившим и согрешающим, если только они решились оставить зло. 

Установлено же еще в этот день петь и читать Великий канон по следующей причине: поскольку святая Четыредесятница уже приближается к концу, то чтобы люди, бывшие ленивыми к духовным подвигам, не забылись беспечно и не прекратили вдруг воздержание. 

Великий же Андрей, как некий наставник, повествованиями Великого канона показывая добродетели великих мужей и их удаление от зла, воодушевляет подвизающихся к большему мужеству, дабы они смело устремлялись вперед. 

Святитель же Софроний чудесной своей историей возвращает нас к целомудрию, возвышает к Богу и поучает не падать духом и не отчаиваться, если некогда и были в плену каких-либо грехов. Ибо повествование о Марии Египетской показывает, насколько велико Божие человеколюбие и милость к желающим всей душой оставить прежние прегрешения. 

Великим же канон называется, может быть, как некоторые говорят, исходя из следующих соображений и фактов: потому что творец его, будучи плодовит, особым образом составил его: тогда как в других канонах по тридцать с небольшим тропарей, в этом — 250, и поэтому он доходит до каждого проникает и трогает его, источая невыразимую сладость. Таким образом, уместно, и по достоинству называется этот канон Великим, ибо вызывает великое умиление, почему он и положен в Великую Четыредесятницу. 

Сей исключительный изрядный и Великий канон и слово о преподобной Марии тот же отец наш Андрей впервые принес в Константинополь, когда был послан патриархом Иерусалимским Феодором в помощь на Шестой Собор. Тогда он, доблестно выступив против монофелитов, еще будучи простым монахом, был причислен к клиру церкви в Иерусалиме, и поставлен диаконом и кормильцем сирот. Вскоре Андрей стал архиепископом Критским. Потом, доплыв до Митилены[2], близ одного места, называемого Иерис, он отошел ко Господу, пробыв на своей кафедре довольно долгое время.